Открытое письмо // Как прокуроры превратили макеты вертолетов в хлам

Юрий Чебан, авиаконструктор, глава группы энтузиастов
02/12/2020

Здравствуйте, Я, Юрий Чебан, в этом открытом письме хочу предать огласке факты, а также предоставить вам видео и фото-факты того, как в разрушительной среде молдавского «правосудия» наши макеты вертолетов превращаются в хлам, поскольку вывезены и свалены прокурорами как металлолом.

Господин генеральный прокурор, поскольку Вы не ответили на мои вопросы, отправленные Вам в официальных запросах, я вынужден обратиться посредством СМИ.

«ОТКРЫТИЕ» ПРОКУРОРОВ

Летом 2020 года, в разгар пандемии Ковид-19, общественность была взбудоражена новостью, аналогов которой еще не было в истории независимой Республики Молдова. 

А именно, органами прокуратуры Республика Молдова была объявлена страной победившей деиндустриализацию и ставшей в один ряд с крупнейшими экономиками мира, – оказывается в Молдове начали производить ВЕРТОЛЕТЫ. 

Хочу особо отметить, что ДО этого объявления, за 30 лет Молдова прославилась только производством разных коррупционно-отмывочных схем. В этом мы сегодня являемся чемпионами. 

Объявление о том, что Молдова переросла эпоху камня и вступила в эру машиностроения правда было сделано в характерной для нашей страны форме, в виде пресс-релиза прокуратуры, звучащей следующим образом: «…..объявила о длящемся уже несколько месяцев расследовании незаконной деятельности хорошо организованной группы лиц специализированной в производстве вертолетов…».

Как вы, наверное, уже привыкли, в Молдове все открытия производит исключительно прокуратура. Правда искра научно-открывательской мысли у молдавских силовиков вспыхивает исключительно в двух случаях:
1) не занесли
2) пришел заказ

И чтобы не быть голословным, хочу напомнить выводы, сделанные главой делегации Европейского Союза в Молдове, г-ном Петер Михалко от 25 февраля 2018, а также выводы Комитета Министров Совета Европы от 26 февраля 2018 года в соответствии с которыми:

1. В Молдове распространен фактор злоупотребления работниками прокуратуры своим положением для достижения личных, коррупционных целей, 2.Арест используется в Молдове как средство давления и шантажа граждан.

Что именно послужило «яблоком Ньютона», упавшим на голову молдавской прокуратуры в моем конкретно случае, я не знаю, но явно не номер 1). Заносить я ничего и никому не собирался в связи с абсолютным отсутствием в моих и моей семьи действиях какого-либо нарушения даже общечеловеческих норм морали, не говоря уже о положениях уголовного либо любого иного кодекса.

Потому, скорее всего, все-таки номер два — заказ. Кому я перешел, вернее перелетел дорогу своими макетами вертолетов, надо уточнить у генерального прокурора или его подчиненных.

КЛАДБИЩЕ ВЕРТОЛЕТОВ И ВЕЩДОКИ

К просьбе дать оценку, с точки зрения законности, необоснованному возбуждению уголовного дела как такового, обысков в помещениях и квартире без их владельцев, арестов, отсутствия доказательственной базы я попросил генпрокурора дать оценку с точки зрения законности действиям по уничтожению доказательств(частной собственности, между прочим) и препятствование правосудию.

Так, в соответствии с положениями ст. 158 УПК РМ вещественными доказательствами признаются предметы, в отношении которых есть основания полагать, что с их помощью было совершено преступление либо если они сохранили на себе следы преступных действий или послужили объектом этих действий, а также деньги и иные ценности или предметы и документы, которые могут служить средством для раскрытия преступления, установления обстоятельств, идентификации виновных лиц либо для опровержения обвинения или смягчения уголовной ответственности. Предмет может быть признан вещественным доказательством при условии, что его подробным описанием, опечатыванием и другими мерами, предпринятыми сразу же после его обнаружения, была исключена возможность его подмены либо существенного изменения его признаков и особенностей или оставленных на нем следов.

А что сделали прокуроры? Вывезли мое имущество – макеты вертолетов – и разобрали их! Просто выбросили их как на помойку, на площадку на территории автобазы №18, расположенной под Криулянами.

Более того, прокуроры превратили макеты наших вертолетов в мусор! Да-да, просто выбросили их под открытым небом ржаветь. Ржаветь, поскольку каркасы не обработаны специальными веществами, которые позволили бы им предотвратить коррозию металла.

В итоге наше имущество превратили в хлам!

ВОТ ВИДЕО и ФОТО, снятые в конце лета 2020. С этими доказательствами (развалившимися под открытым небом) пойдете в суд? Или это дело не для суда? А для чего тогда?

Ст. 159 УПК РМ: «Вещественные доказательства приобщаются к делу и хранятся в нем или хранятся другим предусмотренным законом образом. Если вещественные доказательства из-за громоздкости или по иным причинам не могут храниться в деле, они должны быть сфотографированы, и их фотографии должны быть приложены к соответствующему протоколу. Громоздкие предметы после фотографирования могут быть опечатаны и переданы для хранения юридическим или физическим лицам. В таком случае в деле делается соответствующая отметка».

Ст. 160 УПК РМ:« При хранении вещественных доказательств и других предметов, передаче их для производства судебной экспертизы, научно-технического или судебно-медицинского исследования, а также при передаче дела другому органу уголовного преследования или судебной инстанции должны быть приняты меры по предотвращению утери, повреждения, порчи, соприкосновения или смешивания вещественных доказательств или других предметов».

Посмотрите, посмотрите видео и фото-доказательства: в нашем же случае – макеты вывезены, разобраны, уничтожены…Провести экспертизу невозможно, изучить макеты невозможно, провести какие-либо процессуальные действия с данными предметами – невозможно! 

Физическое или юридическое лицо не может быть произвольно лишено права собственности. Никто не может быть лишен своей собственности иначе как по мотивам общественной необходимости и в соответствии с предусмотренными настоящим кодексом положениями и общими принципами международного права. 

Согласно устоявшимся нормам прецедентной практики Европейского Суда понятие «необходимость» вмешательства государства в осуществление прав человека предполагает, что таковое вмешательство отвечает настоятельной социальной необходимости и, в частности, что оно пропорционально преследуемой государством правомерной цели. Определяя, был ли акт вмешательства «необходимым в демократическом обществе», Суд за Высокими Договаривающимися Сторонами сохраняется свобода усмотрения в определенных рамках (см. среди прочих источников по данному вопросу постановление Европейского Суда от 16 декабря 1997 г. по делу «Камензинд против Швейцарии» [Camenzind v. Switzerland], Сборник постановлений и решений Европейского Суда по правам человека [Reports of Judgments and Decisions] 1997-VIII, с. 2893, § 44). Однако исключения, предусмотренные в пункте 2 статьи 8 Конвенции, надлежит толковать узко, а необходимость прибегать к ним по конкретному делу, должна быть со всей убедительностью установлена (см. постановление Европейского Суда по делу «Бак против Германии», § 44).

Более того, орган уголовного преследования и судебная инстанция обязаны обеспечить в полном объеме соблюдение процессуальных прав участников уголовного судопроизводства в соответствии с настоящим кодексом.

А какие процессуальные права были обеспечены мне, если я даже экспертизу провести не могу в связи с отсутствием предмета для экспертизы? Все уничтожено Вашими сотрудниками! 

И кстати, уничтожив так называемый предмет преступления сотрудники правоохранительных органов фактически воспрепятствовали ходу уголовного дела – так как его дальнейшее нормальное расследование без сохранных физических предметов невозможно.

Эти же самые сотрудники вывезли 867 листов большого формата моих чертежей моего многолетнего труда, моего имущества, а в протоколе указали, «уложили в 2 коробки». Да, просто в две коробки, без нумерации количества, описания.

Товарищ генпрокурор, в какие коробки ваши подчиненные все уложили: Обувные? Чайные? Из-под холодильника? Какие коробки вы уложили мои чертежи и увезли их. Почему не привезли моего сына для проведения обыска в его присутствии как владельца? Вы же его арестовали, он был у вас, а не в бегах, почему проводили обыск и изъятие без владельца?

НАРУШЕННЫЕ ОБЕЩАНИЯ ГЕНПРОКУРОРА

В своем обращении к прокурорам Молдовы от 29 января 2020 генпрокурор Молдовы обещал, что: «маски-шоу прекратятся, как и необоснованные аресты, обыски и незаконная прослушка». Также он обещал, что: «Прокуратура больше не будет участвовать в экономической деятельности предпринимателей и не будет следить за бизнесменами по собственной инициативе. Расследование должно начинаться на основании материалов, полученных от контролирующих органов и проводиться только в соответствии с законодательством». 

Однако до сих пор не хочется верить, что все те громкие заявления, которые звучат из уст нового, демократически выбранного, честного, неподотчетного и неподкупного Генерального Прокурора Александра Стояногло остаются лишь голословными заявлениями, не имеющими под собой никаких реальных фактов.

И что мы видим спустя считанные месяцы? Маски-шоу в ангаре изобретателей вертолетов. После такой «поддержки» предпринимателей не удивляйтесь, что люди бегут из Молдовы как с территории, где бесчинствуют банды правовых беспредельщиков. Где многое, к чему они не прикоснутся, превращается, как макеты наших вертолетов, в ржавый хлам.

Ведь еще мы видим массовое задержание всех подряд, в том числе лиц на второй день после арестов, признанных свидетелями. 

Хочу поставить Вас в известность, что я обращался к Вам с просьбой провести иерархическую проверку на предмет законности действий и документов проведенных и вынесенных в рамках вертолетного дела.

Поскольку это открытое письмо, я читателям уточню, что в первую очередь я просил дать правовую оценку законности такого процессуального действия как те самые «маски-шоу», искоренением которых он публично обещал заняться еще 29.01.2020!

Давно известно, что принцип пропорциональности прочно закрепился в практике Европейского суда по правам человека и активно используется последним для определения допустимости ограничения основным прав и свобод закрепленных в Конвенции о защите прав человека и основных свобод (Handyside vs UK, 1976).

О ТРАНСГРАНИЧНОЙ «КОНТРАБАНДЕ»

Тестирование на пропорциональность имеет трехступенчатую структуру: определение допустимости – то есть является ли цель вмешательства легитимной, определение необходимости – то есть является ли выбранное средство необходимым для достижения цели и определение соразмерности – то есть имеется ли иное, одинаково пригодное, но менее обременительное средство и насколько пропорционально обременение индивида и достигаемым при этом преимуществом для всего общества.

Хочу напомнить – предметом инкриминируемого преступления являются полноразмерные макеты вертолетов. 

Или как звучит из постановления о признании в качестве обвиняемого: «în construcția închisă....se află elicoptere...».

Полноразмерная модель вертолета весит 750 килограммов. Ее не спрятать в карман. Ее не загрузишь в багажник автомобиля. Другими словами, скрытое перемещение подобного крупногабаритного объекта НЕВОЗМОЖНО! 

Тогда для чего все-таки нужно было с помпой и оружием с квадрокоптером,  проводить это маски-шоу, маски-цирк и маски-клоунаду? От которых Генеральный прокурор лично обещал нас избавить, когда достаточно было поставить 1 (одного) сотрудника полиции у ворот и никуда предполагаемый предмет придуманного вашими сотрудниками преступления бы не исчез.

Более того, первый же сотрудник дорожной полиции остановил бы меня за перевозку крупногабаритного груза без соответствующего, полицейского, сопровождения! Зачем нужно было увозить все на автобазу если вы все одно все опечатали, а прокурор, придумавший это «разумное подозрение» Митрофанский даже свой замок повесил, и телефон охране оставил, вдруг я захочу открыть самостоятельно чтоб ему незамедлительно звонили в любое время, он спать не будет.

И ваши подчиненные до ноября не давали нам разрешения открыть наш ангар, чтобы провести инвентаризацию, чего осталось после вашего маски визита.

Для чего необходимо было взламывать по беспределу металлические двери, если владелец с ключами сидел у вас под замком.

Вы по закону просто обязаны были привезти его и проводить обыск и изъятие в его присутствии. Он бы двери вам и так открыл с превеликим удовольствием, по своей доброте душевной, зачем надо было их крушить ломом и кувалдами? Кто вам дал право так себя вести?

Учитывая вышесказанное, я попросил Генерального прокурора в качестве контрольного и надзорного органа дать оценку законности действий сотрудников прокуратуры с точки зрения принципа пропорциональности и ст. 132/1, часть (2), п. 3), 132/4, часть (6) УПК РМ и вынести соответствующее определение. 

Далее, в соответствии с постановлением о признании в качестве обвиняемого следует что я, ввез в страну от 6 до 12 вертолетов типа Ка-26, которые отремонтировал и вывез обратно на Украину!

Однако ни Таможенная служба Украины, ни Пограничная служба Украины НЕ зафиксировали перемещение через государственную границу Украины в сторону левобережной либо правобережной Республики Молдова каких-либо вертолетов, скрытно провести которые НЕВОЗМОЖНО. Также дорожная служба Украины не фиксировала каких-либо транспортировок крупногабаритного груза по своим подведомственным дорогам. 

И учитывая вышесказанное, я попросил Генерального прокурора, проверить и сказать мне обращались ли они к своим украинским коллегам с предложением привлечь к ответственности сотрудников Таможенной службы Украины и/или Пограничной службы Украины которые просмотрели перевоз через границу от 6 до 12 вертолетов типа Ка-26?

Ведь если прокуроры правы, то со стороны украинцев либо открытая коррупция, либо многолетняя халатность! 

А если с их стороны не будет установлено незаконных действий, то о каких незаконных действиях с моей стороны может идти речь? И о каких преступных действиях в принципе может идти речь если все перемещения так называемых вертолетов через границу – это плод фантазии сотрудников прокуратуры?

И самое главное – а были ли вообще какие-то запросы в Украину с целью установить собственника вертолетов? Либо заказчика услуг по ремонту? Ведь как сказал прокурор Ион Каракуян: «în construcția menționată se efectuează reparația aeronavelor....după aceasta ...sunt exportate în Ucraina...».

Забегая вперед, я скажу, что ничего из вышеперечисленного сделано не было, от слова совсем. То есть с 12 февраля 2020 года и по 29 июня 2020 года не были сделаны вообще никакие действия либо элементарные проверки. Никаких запросов в Украину. Никаких запросов вообще никуда. Они (прокуроры) даже не опросили жителей села Ракулешты, видели ли они хоть один вертолет в воздухе, не считая того случая, когда на вертолетах летал ваш дорогой товарищ Плахотнюк.

Или они считают, что мы ввозим контрабандой вертолеты, ремонтируем их, потом БЕЗ летной проверки также контрабандой везем обратно заказчику, которого Вы (прокуроры) даже не попытались установить? Причем где-то за границей вертолет проверяем, но если ремонт некачественный, то мы опять же контрабандой везем вертолет в Ракулешты, исправляем ошибки, опять контрабандим обратно по маршруту Украина-левобережная-правобережная Молдова… Продолжать абсурд?

ПОДОЗРЕНИЯ БЕЗ ДОКАЗАТЕЛЬНОЙ БАЗЫ

Проблемы в том, что все это содержится в серьезном процессуальном акте – постановлении о признании в качестве обвиняемого от 29 июня 2020 года. Причем для написания которого у них (прокуроров) было в распоряжении более пяти месяцев. То есть некоторые неточности может быть и допустимы, не все же и не весь же текст. 

Обоснованное подозрение– предположение, вытекающее из наличия фактов и/или информации, способных убедить объективного наблюдателя в том, что совершено или готовится совершение преступления, вменяемого в вину определенному лицу (определенным лицам), и что не существует иных фактов и/или информации, которые устраняют уголовный характер деяния либо доказывают непричастность лица (лиц);

«Существование обоснованного подозрения в том, что задержанное лицо совершило преступление, является условием sine qua поп для признания законности продления срока содержания под стражей, но по прошествии времени этого становится недостаточно, и Суд должен в этом случае установить, существовали ли иные основания для лишения свободы, указанные судебными органами. 

Когда такие основания являются «обоснованными» и «достаточными», Суд также должен убедиться в том, что национальные органы проявили «особую тщательность» при проведении разбирательств» (пункт 90 Постановления от 13 ноября 2012 года по делу Королева против Российской Федерации).

Исходя из вышесказанного, я попросил Генерального прокурора в качестве контрольного и надзорного органа дать оценку законности действий сотрудников прокуратуры с точки зрения принципа Законности, а именно проверить постановление о признании в качестве обвиняемого от 29 июня 2020 года в котором содержится многочисленные несоответствующие действительности голословные заявления, без какой-либо доказательственной базы. 

Ведь указание в двух связанных между собой процессуальных актах противоречивой информации свидетельствует о серьезной фактической ошибке– ошибочное установление существующих или несуществующих фактов из-за непринятия во внимание подтверждающих их доказательств либо из-за искажения их содержания. Я имею в виду постановление о возбуждении уголовного дела где речь идет о контрабанде в Украину и постановление о признании в качестве обвиняемого где контрабанда уже в Румынию и Россию.

Более того, учитывая, как я считаю уже доказанную абсурдность обвинения в контрабанде, без того чтобы установить заказчика так называемых услуг по ремонту и обслуживанию вертолетов – теряет законную базу и обвинение в незаконной предпринимательской деятельности. 

Ибо деятельность без контрагента, то есть без клиента, в интересах которого я бы осуществлял предпринимательскую деятельность, называется Хобби.  

Однако вернемся к документам, составленным сотрудниками прокуратуры. В постановлении о признании в качестве обвиняемого от 29 июня 2020 года прокурор пишет - «în construcția menționată se efectuează reparația aeronavelor....după aceasta ...sunt exportate în Ucraina...».

А в постановлении о проведении обыска от 27 мая 2020 звучит уже другая версия: «iar elicopterele sunt comercializare de Ceban Iurie persoanelor de peste hotarele țării ca de exemplu Federația Rusă sau România». 

Тут уже все немного сложнее. Румыния все-таки Евросоюз. А Европейский Союз к безопасности своих границ относится крайне щепетильно. Нет, я не отрицаю частичную слепоту как молдавских так и румынских таможенных служб, регулярно пропускающих фуры с контрабандными сигаретами и анаболиками, как и парадоксальную неосведомленность органов прокуратуры, позволяющей всем известным бенефициарам данных схем богато гулять на свободе. Но тайно перевезти на территорию Евросоюза вертолет? Что с ним там делать без документов? Это не квадрокоптер! Он даже не успеет завезтись как на место примчатся все соответствующие службы. 

Или может прокуроры действительно верят, что можно тайно провезти ВЕРТОЛЕТ через всю Украину и экспортировать в Россию, с которой у Украины война?

Таким образом, я попросил Генерального прокурора дать оценку с точки зрения законности несоответствиям между постановлением о проведении обыска от 27 мая 2020 и постановлением о признании в качестве обвиняемого от 29 июня 2020 года особенно в части квалификации инкриминируемых деяний, отдельно прокоментировав способ, методы и место совершения якобы правонарушений.

ПРО ОБВИНЕНИЯ

Европейский суд по правам человека в Постановлении Смирнов против России указал «Постановление о производстве обыска было составлено в самых широких выражениях с неконкретизированным указанием на «любые предметы и документы, представляющие интерес для расследования по уголовному делу [№ 7806]», без каких-либо ограничений круга отыскиваемых предметов и документов. Данное постановление не содержало никакой информации о проводимом расследовании, цели обыска или причинах, ввиду которых предполагалось, что обыск в квартире заявителя поможет отыскать доказательства какого-либо преступления (постановление Европейского Суда по делу «Нимиц против Германии», с. 35—35, § 37, и постановление Европейского Суда от 15 июля 2003 г. по делу «Эрнст и другие заявители против Бельгии» [Ernst and Others v. Belgium], жалоба № 33400/96, § 116). »

И это касается не только обыска. В соответствии с положениями ст. 281, часть. 2 УПК РМ постановление о привлечении в качестве обвиняемого должно содержать: дату и место составления; кем оно составлено; фамилию, имя, день, месяц, год и место рождения лица, привлеченного в качестве обвиняемого, а также иные сведения о лице, имеющие юридическое значение для данного дела; формулировку обвинения с указанием даты, места, средств и способа совершения преступления и его последствий, характера вины, мотивов и квалифицирующих признаков для юридической квалификации деяния, обстоятельств, в силу которых преступление не было доведено до конца, если имело место приготовление к совершению преступления или попытка его совершения, указание о привлечении лица в качестве обвиняемого по данному делу согласно статье, части и пункту статьи Уголовного кодекса, которыми предусмотрена ответственность за совершенное преступление.

Ничего ведь этого ведь в вышеуказанных процессуальных актах нет! Отсутствует полностью информация относительно времени, места и способа совершения инкриминируемых преступлений, отсутствует информация был ли нанесён действиями так называемых обвиняемых ущерб, а также способ его определения, отсутствует точная идентификация и объяснение причиной-следственных связей между действиями так называемых обвиняемых и предполагаемым ущербом. 

И вообще – где ущерб? Согласно ст. 15, 52 УК РМ а также 59, 96 УПК РМ – без ущерба – нет преступления.

«Европейский Суд неоднократно признавал нарушение пункта 3 статьи 5 Конвенции в делах, в которых национальные суды продлевали срок содержания заявителя под стражей, ссылаясь преимущественно на тяжесть предъявленного обвинения и используя стереотипные формулировки, не учитывая его или ее конкретную ситуацию и не рассматривая альтернативных мер пресечения» (пункт 144 7 постановления от 22 мая 2012 года по делу Идалов против Российской Федерации).

Особенно мне импонируют положения части 1, п. 4, ст. 96 УПК РМ - в ходе уголовного преследования подлежат доказыванию характер и размер ущерба, причиненного преступлением. Однако уголовное дело уже 7 месяцев есть – а ущерба все нет.

И в прямой связи с вышесказанным – на кой ляд были арестованы 10 человек при отсутствии вообще какого-либо состава преступления? 10 семей! 

Так даже Виорел с дядей Колей не делали! 10 не имеющих никакого отношения человек по абсолютно придуманному эпизоду больной фантазии. Из которых потом вышло 8 свидетелей! Такого не было даже во время захваченного государства (Постановление Парламента РМ от 08 июня 2019 года)!

Ст. 176 УПК РМ гласит: «Предварительный арест и альтернативные аресту меры применяются лишь по отношению к лицу, которое обвиняется или которому вменяется совершение преступления, за которое законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок более трех лет, и лишь в соответствии с условиями, предусмотренными настоящим кодексом.»

15% установленных Европейским судом нарушений со стороны Молдовы относятся к ст. 5 Европейской конвенции – нарушение права на свободу и личную неприкосновенность 

Из последних хотим отметить:

21 случай лишения свободы вопреки национальному законодательству,
8 случаев ареста без достаточных оснований,
21 случай недостаточной мотивировки необходимости ареста.

Прокуроры в нашем случае арестовали 8 свидетелей! То есть в период с 12 февраля 2020 года и по 29 июня 2020 года сотрудники не смогли понять, кто из работников обвиняемый, а кто нет? Кто предполагаемый преступник, а кто просто свидетель? Что это за расследование такое? Что за подготовка доказательственной базы? Вы 24 часа слушали телефоны, почту, заглядывали через плечо нам ежедневно, на протяжении 6 месяцев и не разобрались?

«Практика принятия постановлений об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении нескольких лиц без индивидуальной оценки оснований для содержания под стражей в отношении каждого задержанного является несовместимой, сама по себе, с пунктом 3 статьи 5 Конвенции» (пункт 53 постановления от 9 октября 2012 года по делу Колунов против Российской Федерации).

Может быть в нашем случае генеральный прокурор приверженец принципа «сначала посадим, а потом разберёмся»? 

«Любая система обязательного избрания меры пресечения в виде содержания под стражей в ожидании суда как таковая (per se) несовместима с пунктом 3 статьи 5 Конвенции» (пункт 105 постановления от 21 июня 2011 года по делу Чудун против Российской Федерации).

Поэтому я попросил сказать мне, в качестве Генерального прокурора, кроме карательного террора, в Молдове существуют другие способы ведения следствия? Вы арестовали моего сына и его друзей зная, что жены моего сына и его друга рожают.

«Генеральная прокуратура не будет вмешиваться в деятельность экономических агентов. Больше не будет шоу с масками, незаконными и оскорбительными арестами. Мы больше не можем держать страну в страхе», — сказал Александр Стояногло.

А что с нами произошло, товарищ-генпрокурор? Наш случай явно опровергает ваши публичные обещания. 

Генеральный прокурор Александр Стояногло, призываю все-таки предоставить мне официальные ответы на все мои письма адресованные вам, которые вы с таким же упорством отправляете их прокурорам на чьи действия я вам, согласно закона, подаю жалобы. Уж будьте любезны отыщите время чтоб мне ответить.

Юрий Чебан, авиаконструктор, глава группы энтузиастов
02/12/2020

Комментарии